Готовность к родительству определяется не только фи­зиологическими и нравственными факторами, но способ­ностью личности понимать соответствие своих действий, желаний поставленным целям, принятым в обществе и се­мье, в результате чего возникает готовность к содержа­нию, воспитанию, формированию ребенка.

Успешное вос­питание детей в большей мере зависит от целости семейного коллектива, наличия в нем отца и матери. Обес­печивая естественную атмосферу внутрисемейных отно­шений, умножая воспитательное влияние на ребенка, отец и мать создают необходимые условия для его нормального развития, в частности между полами, готовят к общению с представителями мужского и женского полов. Родителю важно знать, что отсутствие наглядного образа взаимоотношений мужа и жены порождает риск того, что у детей сформируются искаженные взгляды на брак и семью, что помешает в будущем становлению их собственной семьи.

Часть зарубежных авторов считают, что люди, вступающие в брак, реинкарнируют структурный тип семейной системы своей родительской семьи, таким образом, семьи воспроизводят сами себя. Стили взаимодействия предыдущих поколений служат моделями для семейного функционирования следующих поколений.

Личностная зрелость родителей есть характеристика личности родителя как осознающего ответственность за реализуемые им воспитательные воздействия, умеющего гибко строить свои взаимоотношения с ребенком на основе сотрудничества, воспринимающего родительство как твор­чество и возможность для самореализации. В структуре личностной зрелости родителей выделяется три компонента:

·         когнитивный — представление о себе как ответ­ственном человеке, представление о ребенке как равно­правном члене семьи, представление о процессе воспита­ния как развитии, а не исправлении недостатков;

·         поведенческий — деятельность родителя по уходу и материальному обеспечению ребенка, навыки сотрудниче­ства с ребенком (умение говорить о своих чувствах, слы­шать то, что говорит ребенок решать конфликт по типу «выиграть—выиграть»);

·         эмоциональный — безоценочное, безусловное приня­тие ребенка, сообщение ему о том, что он дорог, нужен, ва­жен, что он просто хороший, выражение недовольства от­дельными действиями ребенка, но не ребенком в целом.

Деятельность по формированию личностной зрелости родителей направлена на развитие личности родителя и обучение основным приемам сотрудничества с детьми: ак­тивному слушанию, умению говорить о своих чувствах, разрешать конфликты по типу «выиграть». Подобная про­грамма должна решать следующие задачи:  

o   проработка проблем, вынесенных из родительской семьи (коррекция опыта первичной семьи);

o   формирование мотивации на личностные изменения;

o   осознание личностных проблем, блокирующих взаи­мопонимание с ребенком и другими членами семьи;

o   принятие  авторства собственной жизни;

o   формирование представления об ответственности как свободе;

o   развитие рефлексии;

o   расширение осознанности мотивов воспитания;

o   формирование навыков сотрудничества с ребенком;

o   активизация творческого потенциала;

o   развитие гибкости мышления и поведения;

o   преодоление ригидных стереотипов воспитания;

o   формирование чувства любви к себе и принятия себя.

Основной принцип такой программы может быть сфор­мулирован высказыванием К. Юнга: «Все, что мы желаем изменить в детях, следовало бы, прежде всего, вниматель­но проверить, не является ли это тем, что лучше было бы изменить в нас самих».

Важное условие надлежащей морально-психологиче­ской атмосферы в семье, эффективного воспитательного влияния родителей на детей — родительская любовь. Любовь родителей — это естественное чувство, совершен­но необходимое детям, она не только обогащает их эмоцио­нальную жизнь, жизнь всей семьи, но и подсказывает ро­дителям верные решения, связанные с воспитанием. Вместе с тем родительская любовь к детям не может быть «слепой», она должна проявляться на разумной основе с объективным учетом реальных интересов ребенка, что осо­бенно важно для неполных семей.

Совершенно ясно, что долг родителей с самого начала и в дальнейшем — забо­титься о том, чтобы ребенок с раннего возраста нормально развивался, получал правильное воспитание. Многие родители считают, что ни в коем случае нельзя показывать детям любовь к ним, полагая, будто уверенность ребенка в том, что его любят, приводит к избалованности, эгоизму, себялюбию. Нужно категорически отвергнуть это утверждение. Все эти неблагоприятные личностные черты как раз возникают при недостатке любви, когда создается некий эмоциональный дефицит, когда ребенок лишен прочного фундамента неизменной родительской привязан­ности. Внушение ребенку чувства, что его любят и о нем заботятся, не зависит ни от времени, которое уделяют де­тям родители, ни от того, воспитывается ребенок дома или с раннего возраста находится в яслях и детском саду. Не связано это и с обеспечением материальных условий, с ко­личеством вложенных в воспитание материальных затрат. Более того, не всегда видимая заботливость иных родите­лей, многочисленные занятия, в которые включается по их инициативе ребенок, содействуют достижению этой са­мой главной воспитательной цели.

В развитой форме «родительство» включает в себя:

·         ценностные ориентации супругов (семейные ценности);

·         родительские установки и ожидания;

·         родительское отношение;

·         родительские чувства;

·         родительские позиции;

·         родительскую ответственность;

·         стиль семейного воспитания.

Ценностные ориентации супругов – это отражение в их сознании ценностей, признаваемых ими в качестве стратегических жизненных целей и общих мировоззренческих ориентиров. Ценности, которых придерживаются родители, влияют на формирование структуры иерархии ценностей у их детей, так как ребенок непременно идентифицирует себя со взрослым. Ценностные ориентации делают семью крепче и являются основой перспективы ее развития, таким образом являясь мощным фактором интеграции.

Родительские установки – это определенное мнение супругов по поводу родительской роли. Родительские установки имеют корреляции с родительскими ожиданиями. Когда говорится о взаимных установках и ожиданиях супругов по отношению друг к другу, речь идет о гласном или негласном распределении ролей. Под установками и ожиданиями по отношению к своему ребенку обычно понимаются явления, реализованные в стиле воспитания и родительском отношении в целом.

Родительское отношение – это сложное образование, которое состоит из: межличностной дистанции, интегрального принятия или отвержения ребенка, социальной желательности поведения и формы и направления контроля. Существуют четыре основных типа родительских отношений:

1)      принимающе-авторитарное отношение, характеризующееся принятием родителями ребенка, одобрением его, но при этом наличием требований с их стороны социальных успехов от ребенка;

2)      отвергающее с явлениями инфантилизации – присутствует эмоциональное отвержение ребенка родителями, низкая оценка его индивидуально-личностных качеств, приписывание ему социально неодобряемых черт и негативных наклонностей;

3)      симбиотическое отношение, для которого свойственна гиперопека и наличие паттернов поведения симбиотического характера в общении с ребенком;

4)      симбиотически-авторитарное, отличающееся от предыдущего типа наличием гиперконтроля.

Родительские чувства – это наивысшая форма эмоциональных взаимоотношений супругов и их отношений к детям, для которой характерна относительная устойчивость, обобщенность, соотнесенность с потребностями и ценностями. Они могут быть различной модальности: помимо родительской любви, ребенок может ощущать на себе также и чувства усталости, раздраженности родителей и т.п. Их особенностью является то, что они необходимы для поддержания самой жизни ребенка, а потребность в родительской любви является жизненно важной для маленького ребенка, ожидающего доверия со стороны родителей, принятия его таким, каков он есть.

Родительские позиции – это реальная направленность, основанием которой является сознательная или бессознательная оценка ребенка со стороны родителей, выражающаяся в способах и формах взаимодействия с детьми. Одной из самых частых родительских позиций является позиция «над», «сверху», тогда как, наилучшим вариантом было бы равенство позиций.

Родительская ответственность – это специфическая социальная позиция субъекта, которая может быть описана мерой принятия и реализации им некоторых норм ответственного поведения. Член семьи может нести ответственность за других членов семьи и за семью в целом как социальную группу.

Ответственность — одна из важнейших характерис­тик личностной зрелости. Большинство людей воспринимают ответствен­ность как нечто тягостное, связанное со словом «должен», с отсутствием выбора и свободы. Человек ответственен, а значит, свободен, то есть он обладает свободой выбора, так как именно он несет ответственность за все выборы в своей жизни (не обстоятельства, не судьба, не другие люди). Не­сти ответственность — это значит не испытывать чувства вины, стыда, злости, обиды (не на кого обижаться, я сам это выбрал). Ответственность за свои чувства, проекции, действия помогает избежать и предупредить многие ошиб­ки в воспитании. А умение найти компромисс между сво­бодой и ответственностью, свободой и вседозволенностью в процессе воспитания детей и, в первую очередь, в своей собственной жизни поможет становлению здоровых, от­ветственных и свободных личностей.

Стиль семейного воспитания – это некоторая квинтэссенция всех компонентов родительства, перечисленных выше. Характер поведения ребенка, прежде всего, зависит от родительского стиля воспитания. Родители являются моделями поведения, оказывают влияние на развитие эмоциональной сферы ребенка и всей личности в целом. Стиль воспитания выступает реализатором системы санкций, существующей в семье, ее норм и ценностей. 

Представление о родительстве – это наглядный образ явления родительства, возникающий на основе имеющегося у человека опыта (прежде всего, в родительской семье) путем его воспроизведения в воображении. Представление образа является менее ярким и детализированным, чем восприятие этого образа в реальной ситуации, но в то же время оно более обобщенное и схематизированное. По своей сути представление о родительстве является фантазией, так как явления родительства в реальности еще не существует, а существует лишь его образно сконструированное содержание. В это содержание могут входить образы эмоций, связанных с процессом воспитания детей, отдельные и общие когнитивные схемы: планирование уклада жизни в условиях родительства, планирование воспитательного процесса и другое, а также образы отдельных поведенческих актов и всего поведения в целом.

Многие люди представляют родительство как трудный и ответственный процесс, который требует затрат времени и считают, что необходимо быть готовыми к нему.

В последнее время появился ряд работ, посвященных психологической готовности к материнству, отцовству и, в целом, к родительству.

В психологии существует большое разнообразие трактовок понятия «готовность к материнству». Данный феномен рассматривают как наличие способности матери обеспечивать адекватные условия для развития ребенка, которая проявляется в определенном типе отношения матери к ребенку.

В качестве основных структурных элементов психологической готовности к материнству выделяет следующие: психологическую, биологическую, социально-культурную. Эти элементы анализируются с двух позиций: с позиции осознанного отношения девушки к материнству и с позиции неосознаваемой совокупности предрасположений, норм, установок, представлений.

Большинство готовых к материнству женщин подходят к процессу планирования детей сознательно, у всех присутствуют позитивные мотивы сохранения беременности. Женщины отмечают позитивный коммуникативный опыт в детстве: привязанность к матери, ласковое и заботливое отношение родителей, постоянное ощущение поддержки и внимания с их стороны; эти женщины благодарны родителям за свое воспитание. Все отмечают, что любят детей младенческого возраста, в детстве предпочитали играть в куклы и игры, связанные с семьей и воспитанием, любили нянчиться с младшими детьми. Многие указывают на заботливое отношение, внимательность мужа, его включенность в процесс беременности. Женщины испытывают положительные эмоциональные реакции во время шевеления плода: «Я испытываю радость и интерес», «Я испытываю нежность, хочется согреть его своей любовью». Описывая свои переживания, они прибегают к чрезвычайно образным сравнениям: «мягко зашевелился», «мягкие прикосновения». Присутствие ребенка рождает у них чувство нежности и любви. Периодически возникающие ощущения вызывают у них поток фантазий, связанных с ребенком и будущим материнством. Они постоянно прислушиваются, с нетерпением ждут этих сигналов, активно общаются с ребенком (разговаривают с ним, поют песни, читают книжки и т. п.); прислушиваясь к его шевелению, стараются понять и учесть желания, потребности ребенка. Их поведенческие реакции можно охарактеризовать как игровые, с преобладанием детских паттернов поведения. Данная категория женщин ориентирована на стратегию «мягкого» воспитания: кормление по потребности (причем предпочтение отдается грудному вскармливанию), чаще брать на руки, мягкое пеленание и т. п.

Женщин, не готовых к материнству, характеризует недопонимание степени ответственности, их мотивы сохранения беременности нельзя назвать позитивными: давление со стороны окружающих; для одних из них ребенок – способ изменить жизнь в лучшую сторону; другие – сохранили ребенка ради собственного здоровья. Большинство испытуемых имели негативный коммуникативный опыт в детстве: указывали на конфликтные отношения в семье, на отсутствие привязанности к матери; испытывают обиду по отношению к ней, считают, что мать «не понимала», «мало уделяла внимания», «не смогла дать материнского тепла». Данные женщины предпочитают детей дошкольного и младшего школьного возраста. Некоторые испытывают негативные ощущения в период беременности, не имеют дифференцированного отношения к шевелению ребенка, занимают пассивно-созерцательную позицию. У большинства образ ребенка игнорируется либо размыт. Этот тип женщин не представляет себе малыша, либо не могут его представить, не придумывают имя, не переживают чувства общности с ребенком. Для них ребенок – это крушение их надежд, помеха осуществлению личных планов. Для некоторых женщин данной группы ребенок – это возможность проявить любовь к кому-либо, спасение от одиночества. Они чрезмерно озабочены физиологической стороной беременности, соблюдают умеренный режим, ограничивают передвижение и физические нагрузки, но психической стороне рождения будущего ребенка внимания не уделяют. Многие не задумываются о том, как будут воспитывать своего ребенка, смутно представляют его рождение.

Одним из самых важных факторов при формировании психологической готовности к материнству является опыт взаимодействия женщины со своей матерью, как в раннем детстве, так и на протяжении всей ее жизни. Удовлетворенность этими отношениями, высокая степень идентификации с собственной матерью - условия, которые наиболее эффективно помогают женщине строить образ себя как матери, принять данную роль и быть ею удовлетворенной, что благоприятно сказывается на ее взаимоотношениях с ребенком.

Исследования показали, что у женщин, готовых к материнству, преобладают:

·         мобилизирующие компоненты психоэмоционального состояния: психическое спокойствие, стремление к действию и активность;

·         образ матери принимающей, отзывчивой, способствующей развитию и обучению ребенка, разделяющей его самостоятельную ценность;

·         повышенное внимание со стороны мужа и чрезмерное стремление к товарищеским отношениям с ребенком;

·         гиперопека, учет субъективности ребенка, демократичность в отношениях с ребенком; принятие родительских функций, традиционная функционально-ролевая согласованность супругов.

Для женщин, не готовых к материнству, характерны:

·         демобилизирующие компоненты психоэмоционального состояния: психическое беспокойство, подавленность и депрессия, удрученность и тоскливость, страхи и опасения;

·         невыраженность таких качеств как принятие, отзывчивость и стремление к развитию ребенка. Кроме того, прослеживается сверхценность ребенка (желание посвятить ему жизнь, отдать всю себя, чрезмерно опекать). Вероятно, это связано с удовлетворением потребности в объекте привязанности, стремлением уйти от собственных проблем в мир ребенка;

·         ощущение самопожертвенности в роли матери, ограниченность интересов женщины рамками семьи, неудовлетворенность ролью хозяйки дома;

·         большое количество супружеских конфликтов и безучастность мужа, его невключенность в дела семьи; необходимость посторонней помощи в воспитании ребенка;

·         стремление к чрезмерному обереганию ребенка от трудностей и сверхавторитету родителей, повышенный страх причинить ребенку вред;

·         предрасположенность к нетоварищеским отношениям с ребенком;

·         склонность к неподавлению сексуальности, агрессивности ребенка, нежелание ускорить его развитие и способствовать его активности;

·         негативное представление о родительстве, эмоциональная неустойчивость в воспитании, переживание неразделенной родительской ответственности, игнорирование ребенка или гиперопека.

Уровень психологической готовности к материнству устойчиво сохраняется на последующих этапах.

Женщины с несформированной готовностью к материнству в состоянии необычных эмоциональных переживаний (страх, стресс, плохое настроение, утомление, болезнь и т.д.) в высокой степени склонны к ригидному поведению, то есть в стрессовой ситуации они частично или полностью не способны менять жизненные программы поведения в зависимости от изменившейся ситуации. Такие женщины в подобных ситуациях действуют привычными для них способами, которые, как правило, ориентированы на впитанные ими модели поведения своих родителей или других людей. Таким женщинам сложнее гибко реагировать на меняющиеся потребности ребенка. Это может создавать трудности во взаимодействии с ребенком, неправильное оценивание своих возможностей, себя и ребенка. У женщин со сформированной готовностью к материнству в состоянии необычных эмоциональных переживаний показатели ригидности ниже, что позволяет более гибко выстраивать свои отношения с ребенком в меняющихся условиях, что обуславливает в данном случае открытость системы «мать-дитя».

У женщин с адекватным материнским отношением выше показатели интернальности в сфере достижений, неудач и в сфере семейных взаимоотношений. То есть женщины со сформировавшейся готовностью к материнству готовы брать на себя ответственность за свои достижения и неудачи, более склонны считать, что сами управляют своей судьбой, сами добиваются успехов и сами виноваты в промахах. Они также готовы оказывать большое влияние на события и взаимоотношения в собственной семье. Причем, во время беременности происходит смещение локуса контроля по шкале достижений и предрасположенности к самообвинению, то есть, чем ближе подходит срок родов, тем более возрастает тенденция самообвинения в неудачах.

На стадии подготовки к беременности в психологической готовности к материнству доминируют оценочный аспект, проявляющийся в мере расхождения между сложившимся (устоявшимся) образом «Я» и образом «Я -мать», приводящий к формированию мотива рождения ребенка - мотивационный аспект.

В период беременности в психологической готовности к материнству доминируют регуляционный аспект, проявляющийся в смещении локуса контроля и рефлексии реально происходящих изменений в образе жизни (отказ от привычных жизненных стереотипов и обретение новых); и эмоциональный, проявляющийся в особенностях эмоционального переживания беременности, настроя на роды, принятия роли матери.

После родов в психологической готовности к материнству доминируют операционный аспект, проявляющийся в особенностях проявления материнской компетентности; регуляционный, проявляющийся в особенностях самоорганизации женщиной новых условий бытия; и эмоциональный, проявляющийся в удовлетворенности ролью «Я-мать» при ее доминировании в «образе-Я» женщины, реалистичность которой обуславливается смещением ценностно-смысловых составляющих образа мира.

Ценностно-смысловые составляющие образа мира женщин, в том числе и образ себя как матери, в процессе становления системы «мать-дитя» могут претерпевать изменения, как положительного, так и отрицательного характера. Готовность к материнству является психологическим динамическим образованием, отражающим состояние совмещенной психологической системы «мать-дитя». 

Отец играет в жизни ребенка, будь то мальчик или девочка, несколько иную роль, чем мать. Он всегда воплощает авторитет и общую ориентацию человека во внешнем мире, в то время как мать передает ребенку более неуловимые способности к развитию внутреннего мира чувств.

Психология отцовства – одна из наиболее интересных и в то же время наименее исследованных областей психологии родительства. «Отцовство» можно определить, как категорию психологии личности, отражающую основные этапы развития личности, характеризующую комплекс интегральных, социальных и индивидуальных характеристик личности, проявляющихся на всех уровнях жизнедеятельности человека: эмотивно-аксеологическом, когнитивном и операциональном; включающую в себя оценочный компонент и необходимость выполнения следующих функций:

·         защитной, как кормилец и защитник;

·         презентативной, как персонификация власти, воспитатель и высший дисциплинизатор;

·         ментальной, как пример для подражания;

·         социализирующей, как наставник во внесемейной общественной деятельности и отношениях, транслятор социальных норм, фигура, обеспечивающая связь поколений.

Психологическая готовность к отцовству определяется сформированностью всех аспектов личности, предполагающих выполнение возложенных обязанностей и принятых обязательств; представлений об отцовстве, т. е. знаний функций отца в семье и его роли в воспитании ребенка; оценки собственной готовности стать отцом, готовности принять на себя ответственность за жизнь и благополучие другого человека, ребенка.

Можно выделить девять типов представлений:

· «Ответственный отец». Ответственность – это осознанная необходимость выполнения принятых обязательств, она равнозначна чувству долга. Взять на себя ответственность может зрелая личность;

· «Обучающий отец» должен быть готовым к родительству и уметь обучать ребенка. Готовность к родительству предполагает способность взять ответственность за воспитание всесторонне развитой личности;

· «Сотрудничающий отец» должен быть ответственным и готовым к родительству, обучающим и любящим; он обладает практичностью и бескорыстен. Отец должен интересоваться детьми, уважать их, сотрудничать с ними и при этом быть всегда в хорошем настроении;

· «Доминирующий отец» – это сильная личность, которая должна гордиться ребенком, иногда отец может кричать на ребенка и при этом не боится извиниться перед ребенком, если не прав;

· «Честолюбивый отец», уважающий детей, должен интересоваться детьми и гордиться ими;

· «Доверяющий отец» – доверяющий, любящий и уважающий детей, готовый к родительству, не боящийся извиниться, всегда помогающий и обучающий;

· «Альтруистичный отец» –любящий, прощающий, не боящийся извиниться, ответственный и воспитывающий;

· «Властный отец» – сильный, строгий, благоразумный, практичный. Отец должен быть справедливым и прощающим, уважающим детей, в то же время он иногда кричит, но не боится извиниться. Он часто хвалит ребенка, опекает его, всегда отдохнувший и слушающий ребенка;

· «Воспитывающий отец» – сильный, благоразумный, практичный и ответственный, доверяющий детям, всегда понимающий и уважающий детей. Он всегда счастливый, радостный, добрый, доволен детьми. Отец должен быть воспитывающим, опытным родителем, но в то же время может чего-то не знать.

Образ себя и образ ребенка у женщин с разным типом психологической готовности к материнству

Изменение образа жизни после рождения ребенка влечет за собой изменение образа мира женщины. Под образом мира мы понимаем «некоторую совокупность или упорядоченную систему знаний человека о мире, о себе, о других людях и т.д., которая опосредует, преломляет через себя любое внешнее воздействие». Одной из составляющих образа мира человека является его представление о себе и других. В нашем случае речь идет об образе женщины себя в роли матери и ее представлении о ребенке, его образе.

В методике рисуночного теста «Я и мой ребенок» выделяют следующие критерии для оценки рисунков:

·         наличие на рисунке фигур матери и ребенка;

·         замена образа матери и ребенка на животное, растение, символ;

·         содержание образа ребенка и его возраст;

·         соотношение размеров фигур матери и ребенка;

·         отражение совместной деятельности матери и ребенка;

·         дистанция и особенности расположения персонажей;

·         изоляция фигуры ребенка;

·         а также характеристика общего состояния (благополучие, неуверенность в себе, тревожность, признаки конфликтности и враждебности, относящиеся к теме рисунка) по формальным признакам рисунка и поведенческим проявлениям во время рисования (качество линии, расположение на листе, детали рисунка, проявлявшиеся эмоции, высказывания, паузы и т.д.).

Интерпретация данных проводится по критериям, принятым в психодиагностике для рисуночных тестов.

Между рисунками женщин со сформировавшейся готовностью к материнству и с несформированной готовностью прослеживаются явные различия.

1. Наличие на рисунке фигур матери и ребенка.

У женщин с несформированной готовностью к материнству имеются варианты отсутствия обеих фигур, отсутствия фигуры матери, изображение только кистей рук матери, изображение только головы матери при полном изображении ребенка, изображение только головы матери и кистей рук при полном изображении ребенка. У этих женщин выявлен эмоционально-отстраненный, регулирующий тип материнского отношения.

Пример:    Испытуемая Ю., 23 г. имеет трехлетнюю дочь, беременность была случайной, в результате стимулированный брак, который через год после рождения ребенка распался. Девочка живет и воспитывается с рождения в деревне у родителей, мать проживает в городе, с ребенком видится раз в две недели на выходных. При выборе фигур и цветов для себя и ребенка (тест «Фигуры») она выбрала для обозначения себя средний квадрат фиолетового цвета, положив его в левом верхнем углу, для обозначения дочери ею был выбран большой квадрат желтого цвета, расположенный в правом нижнем углу, расстояние между фигурами больше 80 мм. На рисунке изображен дом с зашторенными окнами, облака, болото с камышами, фигур матери и ребенка нет. На вопрос экспериментатора: «Почему на Вашем рисунке нет Вас и Вашей дочери?», она ответила: «Я на нем нас не вижу». Этот случай - яркий пример игнорирующего (эмоционально-отстраненного, регулирующего) типа материнского отношения.

Таким образом, отсутствие на рисунке фигур матери и ребенка свидетельствует о несформированной готовности к материнству. Таким женщинам сложно нарисовать ребенка и себя в роли матери, так как они не могут этого представить.

2. У женщин из группы со сформировавшейся готовностью к материнству преобладает художественное изображение людей, т.е. на рисунке изображен не примитивный головоног или фигура типа «палка - палка, огуречик», а нормальная фигура человека с достаточным количеством деталей (нос, глаза, рот, одежда и т.д.). Отсутствие в своем образе мира детализированного, подробного образа себя в роли матери и образа своего ребенка имеет своим следствием рисование взрослыми женщинами примитивных головоногов и свидетельствует о несформированной готовности к материнству.

3. Присутствие на рисунке фигуры отца может являться признаком сформировавшейся готовности к материнству. Самым существенным фактором, обусловливающим положительное отношение женщины к ребенку, является положительный образ мужа. Изображение на рисунке отца является признаком того, что женщина воспринимает семью как нечто целое (систему). Если в представлении женщины семья воспринимается как система, отношение к мужу положительное, то при рисовании рисунка «Я и мой ребенок» вполне естественно желание нарисовать и папу.

Пример 1:    Испытуемая Н., 23 г., замужем, планируют в ближайшем будущем завести ребенка. Рисует сначала себя, потом ребенка, задумывается, подрисовывает себе и ребенку воздушные шары, задумывается, дорисовывает папу. Спрашиваю: «Почему Вы нарисовали папу?». Ответ: «Я нарисовала себя, потом ребенка, посмотрела на рисунок, возникло ощущение, что чего-то не хватает, подумала, дорисовала шары, но ощущение не прошло, потом решила, что нарисую папу, нарисовала и успокоилась».

Пример 2:    Испытуемая М., 28 лет, замужем, срок беременности 28 недель. Рисует себя в левой половине листа, посередине ребенка, правая половина листа остается пустой, отдает рисунок и говорит: «Это место я оставила для папы». Экспериментатор: «Вы хотели нарисовать папу?» Ответ: «Да». Вопрос: «Почему не нарисовали?» Ответ: «Сначала хотела, а потом подумала, рисунок называется «Я и мой ребенок», наверно, папу рисовать не надо, но вообще я не представляю себя и ребенка без папы», дорисовывает папу.

Папу не рисовали одинокие мамы и не имеющие детей, незамужние женщины. Хотя некоторые из этих испытуемых в процессе рисования, сказали, что хотят иметь в будущем двоих детей, что и изобразили на рисунке.

4. На большей части рисунков женщин из группы со сформировавшейся готовностью к материнству фигуры матери и ребенка изображены так, что между ними имеется физический контакт (мать держит ребенка на руках или за руку и т.д.). У женщин из группы с несформированной готовностью таких рисунков только 33%. Такое изображение, на наш взгляд, свидетельствует о большей близости между матерью и ребенком, чем изображение фигур матери и ребенка без физического контакта, тем более разделение фигур предметами (например, ребенок лежит в коляске).

5. Изображение фигур матери и ребенка, выполняющими совместную деятельность не обязательное условие благополучного с точки зрения исследования готовности к материнству рисунка, изображение может быть вполне выполнено в форме портрета. Но если женщина представляет, что и как она будет делать с ребенком, это говорит о более четком представлении себя в роли матери.

6. Рисунки могут содержать признаки неуверенности в себе, низкой самооценки, тревожности:

-        неадекватное изображение размеров фигур матери и ребенка относительно друг друга. Фигура матери в норме должна быть изображена на рисунке больше фигуры ребенка. Если женщина рисует фигуру ребенка равной или больше фигуры матери, это признак ее неуверенности в роли матери, повышенной ценности ребенка и т.д.

-        неадекватное изображение размеров фигур матери и ребенка на листе;

-        отсутствие у фигур матери и ребенка ног, изображение больших, расширенных глаз, паутинообразные линии, сочетание линий разной яркости, сильная штриховка и т.д).

7. 45% рисунков женщин из группы с несформированной готовностью к материнству и 9% рисунков женщин из группы со сформировавшейся готовностью к материнству содержат признаки агрессивности, враждебности, грубости (большой, заштрихованный рот; глаза как пустые глазницы; четко прорисованные зубы; шипы; острые наконечники на ограде возле дома и т.д.).

8. Изображение кистей рук. Люди, в изображениях которых отсутствуют кисти рук, как правило, испытывают дефицит общения с близкими или проблемы собственной неконтактности.

9. Возраст ребенка. Среди женщин, не имеющих детей, из группы со сформировавшейся готовностью к материнству наблюдается тенденция к изображению детей младшего возраста, чем среди испытуемых из группы с несформированной готовностью к материнству. Среди женщин имеющих детей из группы со сформировавшейся готовностью к материнству 74% изобразили своих детей в том возрасте, в котором они находились на момент обследования, 26% нарисовали своих детей в будущем, старше на 2-3 года. У 80% имеющих детей женщин из группы с несформированной готовностью к материнству на рисунках дети изображены в реальном возрасте и у 20% в будущем, старше так же на 2-3 года.

 У всех женщин, принявших участие в исследовании в описании ребенка преобладают личностные характеристики, т.е. всех мам, как будущих, так и настоящих в первую очередь волнует, каким человеком будет их ребенок. Для женщин, не имеющих ребенка, характеристики здоровья ребенка более актуализированы, так как ребенка еще нет, и очень волнует момент, каким в плане здоровья он родится. У женщин, имеющих ребенка характеристики здоровья смещаются на третье место, ребенок уже рожден относительно здоровым (в нашей выборке нет детей с явно выраженными отклонениями в здоровье), более важными (второе место) представляются характеристики субъективного благополучия ребенка: чтобы он был счастлив, нашел свое место в жизни, свою дорогу, чтобы ему было хорошо. У женщин, не имеющих ребенка на третьем месте отражены характеристики желаемых отношений ребенка с родителями, что, на наш взгляд, показывает, что не имеющие детей женщины задумываются о том, как будут строиться их отношения с детьми. При построении образа ребенка у женщин со сформировавшейся и несформированной готовностью нет явных различий в предпочтении характеристик ребенка. Однако наблюдается разница в восприятии целостного образа ребенка. 

Автор: Сарнавская Виктория

Владивосток, 2017



Возврат к списку